БУКВИТЕ - САЙТЪТ ЗА НОВА БЪЛГАРСКА ЛИТЕРАТУРА

ПРАЗДНИК УЛИТКИ – 5 – Ю. ЯКИМАЙНЕН

Любомир Георгиев Занев (любомир)

Раздел: Произведения на руски език  Цикъл: ЮРИЙ ЯКИМАЙНЕН - тексты в оригинале на русском языке

      ВСЕ МЫ ГОСТИ НА ЭТОЙ ЗЕМЛЕ И В ЛЮБОМ ИЗ МИРОВ. Появляемся и исчезаем в виду произвольно набранных комбинаций, несовпадений и совпадений, и случайно выпавших ситуаций. Фантомы, со своими нервами, чувствами, которые почему-то уверены, что они существуют, и при том еще добавляют: «В трехмерном пространстве». Не знающие ни настоящего имени своего, ни сколько отмерено на веку, ни что начертано на пути. То ли приверженцы, то ли жертвы неких идей…

      Однако, с достаточной степенью достоверности можно сказать, что после оледенения, в тех же местах бродили стада мамонтов, носорогов, зубров, тарандов, единорогов. Вполне хватало и непуганого гуся и неуклюжего, вислоухого, жирного зайца. А по тенистым местам еще оставалось довольно ледяного гороху. Аборигены подбирали его и горстями сносили в свои землянки или вигвамы. Горох от нагревания лопался. Вылуплялись различные звуки. Звуки складывались в слова. Аборигены их наматывали на ус.

     Интересно, что когда мы неожиданно оказались в Маньши, мы совершенно не растерялись, и даже сумели там заработать. Я прочитал серию лекций на разные темы, Хироши создал красивый альбом о Маньши и побывал в зоне боевых действий – фотографировал трупаков, поскольку в то время несмотря ни на что опять произошел на границе с Чуши неприятный конфликт, а ему к таким ситуациям не привыкать.

     Марина, поплакав над Хирошиной публикацией, взялась за любимый свой инструмент под названием альт, но, конечно, не именно тот, на котором она играет всегда, а который нам выдали на прокат, и дала сольный концерт.  Многие вообще впервые видели белокурую женщину, да к тому же еще и похожую (почти одно к одному) на Мэрилин Монро. Аплодисменты не утихали. А дирижер-гастролер симфонического оркестра так возбудился, что сразу после концерта погнался за нашей блондинкой и на лестнице подвернул себе ногу, упал, ударился головой, набил большую роговидную шишку и заодно сломал себе… будто бы палец…

     Я считаю, что нам повезло, т.к. пребывание наше совпало с окончанием сезона дождей, ибо в этот сезон здесь наполняются влагой и разбухают, и расцветают, усохшие было бутылочные деревья, внешне подобные тем, что произрастают в центральной Австралии.  Хляби небесные, смешавшись с соком собственно дерева и под влиянием, видимо, солнца, луны и прочих светил, а также основательно перебродив, в конце концов, порождают некую жидкость, которую временами просто не отличить от вина, или ликера, или даже отличного сахаристого крепкого рома. Бывает, что эта амброзия напоминает коктейль.

     На подобных деревьях нередко мы замечали царапины на коре. Чаще всего это такие каракули, что сразу видишь – помечал человек, конечно же, пьяный. Встречались таблички официальные. В такие деревья воткнуты краны. Они снабжены особым устройством. Нужно бросить туда монету и кран, попыхтев, посвистев, с бульканьем выдаст напиток. Но я заметил, что если ударить по дереву чем-то тяжелым, то кран работает вовсе без денег. Вокруг, будто опавшие листья, целые горы пустых бутылок и банок – не ленись, собирай и сдавай.

     Однажды, непонятно какими путями узнали, и кто настучал, но нас посредством компьютера попросили поучаствовать в интерактивном шоу, название которого, чтобы не забивать себе голову, я намеренно не запомнил – слишком жирно было бы для какого-то сиюминутного мещанского шоу. Но, несмотря ни на что, там все-таки был один дельный вопрос, который адресовали ко мне, и который мне хотелось бы привести. Некий  интерактивщик все мекал, да кукарекал и резину тянул…

   - Ну отвечайте же, отвечайте! – кричал нервно ведущий. – Задавайте же свой вопрос, вы в эфире!

   - Здравствуйте… Это независимый телеканал?..

   - Здравствуйте! Мы внимательно слушаем вас! Ну я не знаю, это наверняка из Эстонии! И вот действительно, из диспетчерской мне подсказывают, что оттуда!

   - А скажите,  пожалуйста, - снова раздалось что-то похожее на загробный голос. – Это вам звонят из Эстонии. Моя фамилия Лутс…

   - Да мы уже поняли! Поняли! Вы из Эстонии и ваша фамилия Лутс, что значит налим. Были когда-то такие консервы в томате! Но ближе к теме!.. Нет, я скорее умру, прежде, чем он разродится вопросом!

   - Скажите, пожалуйста, есть ли на Маньши авиация? Я не имею в виду внешние рейсы, потому как вы уже анонсировали, что ребята туда улетели, но я имею в виду внутренние авиалинии…

   - Конечно, есть, - ответил я. – На Маньши используют для полетов специальных жуков. Это могут быть жуки-носороги, жуки-олени, дровосеки титаны, лунные копры. В них оборудованы салоны и по комфорту они ничем не уступают улиткам…

     Откуда-то из «преисподней» хотели спросить что-то еще, но…

   - Сорвался налим! – весело воскликнул ведущий. – Какого налима-то упустили! Но, между прочим, отдадим должное нашему зрителю, вопрос был все-таки интересный!

   - Интереснее было бы, все-таки, если бы нам из Эстонии сообщили, когда они там отменят  свои серые аусвайсы, - возразил один из участников шоу, - а то, знаете, если человека еще лет десять передержать, так он не только на жуках будет летать. Он и буянить начнет…

   - Но согласитесь! – воскликнул ведущий. – Если бы не было всех этих препятствий и заморочек, то и мы никогда не узнали бы о Маньши! И на этой оптимистической ноте наше интерактивное шоу позвольте закончить, ибо надо всякое шоу заканчивать на оптимистической ноте. До новых встреч!

     Как-то к нам в отель заявился императорский отпрыск, наследный принц. Он разыскал нас по публикациям в ежедневной газете, где, в частности, размещались мои заметки, фотосессии Хироши Фуджии, а также статья о выступлении белокурой альтистки. Худой, высокий, спортивный, скромный воспитанный молодой человек, заикаясь, пришепетывая, подмигивая и присвистывая, предложил нам поучаствовать в экспедиции на Небесные горы, которые здесь значительно выше земных и превышают даже размеры лунных. Как я и думал, дефекты речи он приобрел в университете, на филологическом факультете, слишком внимательно слушая привередливых и ужасно самовлюбленных профессоров, которые каждый раз, начиная свой цикл лекций, без устали повторяли: «Запомните, дорогие друзья, что всеобъемлющего учебника по нашему курсу не существует и тот, кто не будет следовать каждой букве при освящении данной темы, экзамен, безусловно, не сдаст». Хорошо, что по совету отца-императора, он вовремя бросил учебу, а то там еще были мэтры, светила наук, книжники и фарисеи, которые с шумом глотали воздух, затем его же отрыгивали, выкатывая глаза; заговаривались, гундосили, верещали бабьими голосами и мерзко хихикали.

      Цель экспедиции – поиск эликсира бессмертия. Направление – горные пики высотой свыше пятнадцати километров. Нам, на улитках, предстояло достичь кедровых лесов, где водился барс не барс, кот не кот, но некто по имени  ФЭНШЕНШОУ – «зверь, рожденный ветром», которого ловят сетями. Он зеленого цвета, правда, ближе к альпийским лугам встречаются и желтоватые особи, и даже белые. Вот, что о нем было сказано в «Приглашении»: «В огне он не горит. Можно сжечь несколько возов хвороста, который сгорит весь, а зверь останется целым и невредимым, даже ни одна шерстинка на его шкуре не опалится. Мечом его не проткнешь – меч его не берет. Если бить по нему железным молотом, то будто ударяешь по кожаному мешку. Его можно убить, только ударив несколько тысяч раз по голове. Но и тогда у зверя имеется последнее средство выжить. Уже мертвым он раскрывает пасть против ветра и ждет, чтобы ветер попал к нему в пасть. Через мгновение он снова оживает и стремительно убегает. Но если в краткий миг успеть заткнуть ему ноздри пахучей травой ЧАНПУ, растущей на камнях, то зверь умирает; у него вынимают мозг, смешивают его с цветами хризантемы и принимают определенное количество этого средства в точно установленное время. Если принять десять цзиней такого снадобья, то можно прожить до пятисот лет»*

     Зверь, водился в исключительно труднодоступной местности и, также как в высокогорьях Тибета невозможно на узких обрывистых тропах  обойтись без яков, в нашем случае нельзя было обойтись без улиток.

     Улитки довольно шустро катились в горы и несли на себе все необходимое, вплоть до роялей. Еще накануне нам позвонили из канцелярии принца и предупредили, чтобы мы ни в чем себе не отказывали, и мы не отказывали себе ни в чем. Захватили с собой, кроме роялей, джакузи, душевые кабины, домашний кинотеатр, обширную библиотеку.

     Как уже сказано, у принца были дефекты. Поначалу его вообще очень трудно было понять. Приходилось писать записки. Но однажды я выяснил, что в детстве он увлекался радиоделом и даже служил юнгой-радистом на корабле.

   - Значит, вы знакомы с азбукой Морзе?

   - Ко-ко-конечно, - ответил принц.

   - Ну, тогда и общайтесь с Хироши посредством азбуки Морзе, потому что тот в прошлом тоже радист, служил на флоте в войсках Джиэйтай, Силах самообороны Японии.

     И вот они поначалу, как птицы, пипикали при помощи голосовых связок. Обменялись, например, сигналами, согласно принятой в мировой практике системе международных кодов... И вдруг оказалось, что принц помешан на Амазонке, и особенно на тамошнем карнавале, происходящем невдалеке от Манауса, в городке Парентин.

   - И я там тоже бываю каждое лето! – вскричал Хироши. – И тоже помешан на карнавале!

     Тут пошли в ход барабаны, потом гитары, потом опять барабаны и маракасы. Чуткие слуги подкатили поближе рояли. Подоспели аккомпаниаторы. Ритмы самбы и других латиноамериканских мелодий, и звуки Морзе превращались в понятные им обоим и довольно забавные, и тоже понятные для окружающих, джазовые импровизации. Оба оказались донельзя разговорчивыми, музыкальными, завод-

ными. Иногда Хироши напевал ключевые слова или целые фразы, когда дело касалось особо трудных пассажей. Так мы разбили вдребезги языковые барьеры,

музицировали, пританцовывали, танцевали, подпЕвали и подпИвали, и прекрасно понимали друг друга!

     Вверх и вниз по горам, по долам рыскали быстрее ветра улитки-скутеры с разведчиками на борту. Несколько раз я совершал вылазки с ними. Я надеялся, между прочим, увидеть дерево-женщину, о котором прочитал в упомянутом «Приглашении»: «По преданию, на горе Иньшань – Серебряной горе растет дерево-женщина. Как только небо начинает светлеть, на ветвях дерева появляются маленькие дети. После восхода солнца эти дети спускаются на землю, начинают бегать и резвиться. После того как солнце заходит за гору, дети скрываются под землей и больше не появляются, а на следующий день на ветвях дерева рождаются новые дети». И хотя мы были в нужном районе и старались подгадать время, но данное дерево не нашли. То есть мы видели иногда диких женщин, но это было не то.

     Стоит ли говорить, что и зверя мы не поймали. Точнее, изловить-то мы его изловили и пригвоздили, и взяли в руки кувалды, и ударили несколько тысяч раз

по башке, но, конечно, забыли вложить ему в нос ЧАНПУ. Точнее, вложить-то вложили, но оказалось, что не ЧАНПУ. Да и не важно – главное развлеклись.

     В обществе дружбы народов с зарубежными странами мы узнали, что на днях целая делегация из Маньши, на улитках, плюс независимые создания из анклавов,

отправляются на остров Сааремаа, на ежегодный праздник Улитки. Мы решили присоединиться, тем более, что мои долгожданные справки были уже у меня на руках и было давно пора возвращаться.

     По пути заехали поклониться метеоритным кратерам Каали. По обычаю, все делегации, приезжающие на Сааремаа, поклоняются загадочным кратерам и возлагают неизвестному метеориту венки.

     Небо было затянуто тучами. Моросил мелкий дождь. Накануне выпало тоже немало осадков.

     В большом кратере, на дне его, в озерце копошились какие-то голые твари. Многие плавали, иные на четвереньках выползали на скользкий пляж, иные стояли, кто по горло, кто по пояс, кто по колено в мутной воде. Сначала, пока улитки отбивали поклоны, я подумал, что кратер облюбовали лягушки, но приглядевшись, увидел, что существа похожи на человечков.

   - Кто такие? – удивились мы.

   - Инопланетяне? – предположила одна улитка. – Кратер-то метеоритный – вот они и прилетели на нем. И поежилась:

   - Б-р-р, какие неприятные! Какие мерзкие!

   - А может быть это хоббиты? – сказал Хироши.

   - Ну и где тогда у них хоботы? – сказала Марина. – А, по-моему, они все-таки больше похожи на алкашей…

     Я совершенно забыл пояснить, что когда улитки говорят или поют, то вы слышите внутри себя как бы их внутренний голос. Он развивается с замедлением, отдается эхом и все происходит будто в туннеле или в трубе.

   - Я вот только одного не пойму, - сказала Марина, - сколько мы перлись на этих улитках, месяц, а может быть два? Или мне это кажется?.. Скорей бы уж праздник.

 

 

 


2008-01-13

Питай знаещите

Специалистите в областта на писане, издаване и продаване на книги, ще отговорят на вашите въпроси

Абонамент

(скоро)

Сбъдни мечтата си, издай своя книга! Мечта за книга"(http://dreambook.bg)